Неточные совпадения
— Крестьян накупили на
сто тысяч, а за труды дали только одну беленькую. [Беленькая — ассигнация в двадцать пять
рублей.]
Тысячу бы
рублей в ту минуту я дал, своих собственных, чтобы только на вас в свои глаза посмотреть: как вы тогда
сто шагов с мещанинишкой рядом шли, после того как он вам «убийцу» в глаза сказал, и ничего у него, целых
сто шагов, спросить не посмели!..
Крестьянка не хотела у меня взять непорочных, благоумышленных
ста рублей, которые в соразмерности состояний долженствуют быть для полковницы, советницы, майорши, генеральши пять, десять, пятнадцать
тысяч или более; если же госпоже полковнице, майорше, советнице или генеральше (в соразмерности моего посула едровской ямщичихе), у которой дочка лицом недурна или только что непорочна, и того уже довольно, знатной боярин седмидесятой, или, чего боже сохрани, седмьдесят второй пробы, посулит пять, десять, пятнадцать
тысяч, или глухо знатное приданое, или сыщет чиновного жениха, или выпросит в почетные девицы, то я вас вопрошаю, городские матушки, не ёкнет ли у вас сердечко? не захочется ли видеть дочку в позлащенной карете, в бриллиантах, едущую четвернею, если она ходит пешком, или едущую цугом вместо двух заморенных кляч, которые ее таскают?
Городничий. Жаловаться? А кто тебе помог сплутовать, когда ты строил мост и написал дерева на двадцать
тысяч, тогда как его и на
сто рублей не было? Я помог тебе, козлиная борода! Ты позабыл это? Я, показавши это на тебя, мог бы тебя также спровадить в Сибирь. Что скажешь? а?
Хлестаков. Да, ну если
тысячи нет, так
рублей сто.
— Нет, Клим Иванович, ты подумай! — сладостно воет он, вертясь в комнате. — Когда это было, чтоб премьер-министр, у нас, затевал публичную говорильню, под руководством Гакебуша, с участием Леонида Андреева, Короленко, Горького? Гакебушу —
сто тысяч, Андрееву — шестьдесят, кроме построчной, Короленке, Горькому — по
рублю за строчку. Это тебе — не Европа! Это — мировой аттракцион и — масса смеха!
— Он перебрал у нас цифру денег в
тысячу сто шестнадцать
рублей — раз! На 950
рублей у нас расписки его имеются.
При первом же соблазне — ну хоть чтоб опять чем потешить ту же новую возлюбленную, с которой уже прокутил первую половину этих же денег, — он бы расшил свою ладонку и отделил от нее, ну, положим, на первый случай хоть только
сто рублей, ибо к чему-де непременно относить половину, то есть полторы
тысячи, довольно и
тысячи четырехсот
рублей — ведь все то же выйдет: „подлец, дескать, а не вор, потому что все же хоть
тысячу четыреста
рублей да принес назад, а вор бы все взял и ничего не принес“.
Ни
тысячи, ни
ста рублей, ни
ста копеек, ничего от меня не получите!
Взгляд и улыбка у него были так приветливы, что сразу располагали в его пользу. Несмотря на свои ограниченные средства, он имел вид щедрого барина: так легко и радушно бросал он
сто рублей, как будто бросал
тысячи.
— С небольшим
сто тысяч roubles argent. [
рублей серебром (фр.).]
Заплатин был рассудительный человек и сразу сообразил, что дело не в репутации, а в том, что
сто восемьдесят
рублей его жалованья сами по себе ничего не обещают в будущем, а плюс три
тысячи представляют нечто очень существенное.
— Нет? Нет!! — вскричал Рогожин, приходя чуть не в исступление от радости, — так нет же?! А мне сказали они… Ах! Ну!.. Настасья Филипповна! Они говорят, что вы помолвились с Ганькой! С ним-то? Да разве это можно? (Я им всем говорю!) Да я его всего за
сто рублей куплю, дам ему
тысячу, ну три, чтоб отступился, так он накануне свадьбы бежит, а невесту всю мне оставит. Ведь так, Ганька, подлец! Ведь уж взял бы три
тысячи! Вот они, вот! С тем и ехал, чтобы с тебя подписку такую взять; сказал: куплю, — и куплю!
Бурдовский не принял десяти
тысяч: вы видели; не принес бы и
ста рублей, если бы был бесчестен!
Чубалов не ожидал этого. И на
сто рублей в месяц не надеялся, а тут вдруг две с половиной
тысячи. По стольку ни в один год он не получал. По-прежнему сидел, опустя голову и не зная, что отвечать.
Долго, до самой полночи ходил он по комнате, думал и
сто раз передумывал насчет тюленя. «Ну что ж, — решил он наконец, — ну по
рублю продам, десять
тысяч убытку, опричь доставки и других расходов; по восьми гривен продам — двадцать
тысяч убытку. Убиваться не из чего — не по миру же, в самом деле, пойду!.. Барышу наклад родной брат, то один, то другой на тебя поглядит… Бог даст, поправимся, а все-таки надо скорей с тюленем развязаться!..»
— Что ты, Махметушка? В уме ли, почтенный? — вскликнул Марко Данилыч. Хоть и думал он, что бай заломит непомерную цену, но никак не ожидал такого запроса. — Эк, какое слово ты сказал, Махмет Бактемирыч!.. Ведь этот кул и смолоду-то
ста рублей не стоил, а ты вдруг его, старого старика, ни на какую работу негодного, в шесть
тысяч целковых ценишь!.. Ай-ай, нехорошо, Махметушка, ай-ай, больно стыдно!..
— Постараюсь, — сказал Марко Данилыч. — Признаться, в наличности таких денег теперь при себе не имею, да не знаю, буду ли завтра иметь, — дружески улыбаясь, прибавил он. — Теперича не то что двадцати пяти
тысяч —
ста рублей во всей ярманке не сыщете на самый короткий срок. Такое безденежье, что просто хоть волком вой…
— Да ты не перебивай моей речи, а то ввек с тобой не столкуешься, — с досадой молвил Стуколов. —
Сто тысяч!.. Эти
сто тысяч надо делить на
сто паев, по
тысяче рублей пай. Понимаешь?
Но дефицит по изданию"Библиотеки для чтения"заставил меня к 1864 году заложить мою землю с лесом в Нижегородском дворянском банке за ничтожную сумму в 15 000
рублей (теперь она стоила бы гораздо более
ста тысяч), и она пошла с аукциона менее чем за двадцать
тысяч.
— Это письмо стоит тридцать
тысяч рублей, а вы удивляетесь! Оно
сто тысяч стоит, а я только тридцать прошу! — громко и страшно горячась, проговорил Ламберт.
Я воображал
тысячу раз, как я приступлю: я вдруг очутываюсь, как с неба спущенный, в одной из двух столиц наших (я выбрал для начала наши столицы, и именно Петербург, которому, по некоторому расчету, отдал преимущество); итак, я спущен с неба, но совершенно свободный, ни от кого не завишу, здоров и имею затаенных в кармане
сто рублей для первоначального оборотного капитала.
К нему и был отправлен восемнадцатилетний Юстин с гимназическим аттестатом, письмом, облитым материнскими слезами,
ста рублями и
тысячью благословений.
— Ну, господа, мы, значит, можем себя поздравить. В три месяца мы издержали
тысячу сто рублей, кроме нашего заработка; а дом у нас пуст, и о работе только разговоры идут. Можно надеяться, что еще через три месяца у нас ничего не будет.
Там
тысяча рублей, да редактор обещал
сто рублей в месяц за четыре печатных листа: это ведь две
тысячи двести
рублей!
— А ты про это? Так ты, баранья голова, думал, что я тебе за
сто пятьдесят
рублей на поминальных столах плясать дозволю? Шалишь. Три
тысячи, или завтра же полную фамилию и подробности помещу. Слышишь? — крикнул Николай Ильич.
— Конечно, ничего, но это не помешало мне быть сейчас у нее и уверить ее, что она потеряла на акциях этого банка триста две
тысячи рублей. Таким образом, мы нажили на этом деле
сто две
тысячи. Надеюсь, что в этом случае ты ничего не будешь иметь против этого «мы»? — в свою очередь уколол он ее.
— В назначенный день и час, — начала она снова ровным голосом, — и на назначенный вокзал будет доставлено и передано
тысячу сто рублей;
сто на дорогу…
В возмещение остальной части гонорара Николая Леопольдовича Луганский совершил вторую закладную на имение Комаровка на имя Стефании Павловны Гиршфельд, на сумму
сто пятьдесят
тысяч рублей и арендный договор на то же имение на четыре года, по пяти
тысяч рублей в год, расписавшись в получении за все время аренды вперед.
Гиршфельду, по договору, следовало получить триста двадцать пять
тысяч рублей, но он великодушно согласился получить лишь
сто пятьдесят
тысяч, из которых семьдесят две
тысячи передал Винтеру, как поверенному Базисова, пятнадцать
тысяч лично ему за поездку в Берлин, пять
тысяч — Арефьеву и шесть
тысяч пятьсот сунул Деметру.
— Все это, господа, одно вранье ваших почтальонов и ямщиков. Поверьте, я служу из чести, и мне не нужно ни от вас, — обратился он к почтмейстеру, — ни от вас, господин почтосодержатель, ни десяти, ни двадцати
рублей, ни даже
ста тысяч и потому прошу вас удалиться и оставить меня!
— А вот как я вам скажу. Был я вчера у Радугина: он ночью нынче в Москву за сукном уехал. Так он мне сказывал:"Взялся, говорит, я
сто тысяч аршин сукна поставить по
рублю за аршин и для задатков вперед двадцать пять
тысяч получил — сколько, ты думаешь, у меня от этих двадцати пяти
тысяч денег осталось?"–"Две синеньких?" — говорю."Две не две, а… пять
тысяч!!"
— Нашли кому завидовать… миллионщицы! — отшучивалась сирота, но в душе совершенно правильно рассудила, что и девяносто восемь
рублей на полу не поднимешь; что девяносто восемь
рублей да проценты с капитала, вырученного за проданное имущество, около
ста двадцати
рублей — это уж двести осьмнадцать, да пенсии накопится к ее выходу около
тысячи рублей — опять шестьдесят
рублей…
На письменном столе Сиротинин нашел два ордера для записи в расход выданных чеков на государственный банк, один на имя купеческого сына Ивана Корнильевича Алфимова в восемьсот семьдесят восемь
тысяч пятьсот сорок
рублей, а другой — дворянки Елизаветы Петровны Дубянской на
сто пятьдесят
тысяч рублей.
Стою перед ним, как оплеванный; он говорит: я вам, Маслобоев, за ваши прежние труды еще не заплатил (а за прежние он давно заплатил
сто пятьдесят
рублей, по условию), ну, так вот я еду; тут две
тысячи, и потому, надеюсь, все нашедело совершенно теперь кончено.
— Дурак, старый дурак,
тысячу сто рублей потерял, кровные деньги, своими руками отдал этой чертовой бабе…
Висленев сейчас же покатил к Горданову и пригласил его к себе завтра пред вечером, заключив это свидание небольшим торгом, чтобы к векселю в
тысячу восемьсот
рублей Горданов накинул ему
сто рублей наличностью.
— Да ищи того суда, как Франклина в море: по суду-то на
сто рублей оштрафуют, а без суда на пять
тысяч накажут, как пить дадут. Нет, если бы это написать, да за границей напечатать.
Горданов смеялся над этими записками, называл Жозефа в глаза Калхасом, но деньги все-таки давал, в размере десяти процентов с выпрашиваемой суммы, ввиду чего Жозеф должен был сильно возвышать цифру своих требований, так как, чтобы получить
сто рублей, надо было просить
тысячу. Но расписок опытный и хитрый Жозеф уже не давал и не употреблял слов ни «заем», ни «отдача», а просто держался формулы: «если любишь, то пришли».
— Были? Вы «бедная пастушка, ваш мир лишь этот луг» и вам простительно не знать, что такое нынче называется порядочные деньги. Вы ведь, небось, думаете, что «порядочные деньги» это значит
сто рублей, а
тысяча так уж это на ваш взгляд несметная казна.
— Да; отцы-то ваши за душу платили
сто, да полтораста
рублей, а тут девять
тысяч! — заметил Кишенский.
— Вот это, брат, так жизнеописание! — в восторга воскликнул Глумов. — Выходит, что ты в течение 62 лет «за житие» всего-навсего уплатил серебром миллион
сто семьдесят одну
тысячу восемьсот восемьдесят семь
рублей тридцать одну копейку. Ни копейки больше, ни копейки меньше — вся жизнь как на ладони! Ну, право, недорого обошлось!
Затем тот же Глумов возбудил вопрос об участии Парамонова, но тут уж без разговоров решили: напечатать еще
сто тысяч запасных акций и передать их Парамонову по 25
рублей за каждую, а имеющиеся получиться через таковую продажу два миллиона пятьсот
тысяч рублей обратить в запасный капитал.
Если вы можете и верите мне, то пришлите три ломбардных билета, каждый в триста целковых, а один в
сто ц., то есть всего на
тысячу рублей серебром…
— Теперь я получаю полтораста
рублей в месяц, а сестра —
сто. Да бенефисы нам даются. В год-то
тысяч шесть обе получим.
Живя более чем скромно, он требовал того же от своих подданных. Это была не скупость, а благоразумие. Доказательством чему служит то, что государь до вступления своего на престол, будучи великим князем, сам испытывал нужду доходившую до крайности, а потому, чтобы во время его царствования не могли того же испытать его супруга и наследник, назначил им жалованье: супруге двести
тысяч, наследнику
сто двадцать
тысяч, а супруге его пятьдесят
тысяч рублей в год.
Живя открыто, не отказывая себе ни в чем, он видел, что его капитал в
сто семьдесят
тысяч рублей, увезенных из России, таял, как воск на огне.
— А разве это не подачка? Разве значительность суммы может изменить дело, разве десять
рублей не все равно, что десять
тысяч,
сто тысяч, миллион даже, разве сумма цены изменяет факт купли? — взволновано заговорила она и даже отделилась всем корпусом от спинки дивана.
По приблизительному расчету, можно было на
сто пудов песку положить золотника три, а при толщине пласта в полтора аршина и при протяжении россыпи чуть не на целую версту в общем можно было рассчитывать добыть пудов двадцать, то есть по курсу на четыреста
тысяч рублей.
— Ладно! Я возьму… — сказал он наконец и тотчас вышел вон из комнаты. Решение взять у дяди деньги было неприятно ему; оно унижало его в своих глазах. Зачем ему
сто рублей? Что можно сделать с ними? И он подумал, что, если б дядя предложил ему
тысячу рублей, — он сразу перестроил бы свою беспокойную, тёмную жизнь на жизнь чистую, которая текла бы вдали от людей, в покойном одиночестве… А что, если спросить у дяди, сколько досталось на его долю денег старого тряпичника? Но эта мысль показалась ему противной…